michael101063 (michael101063) wrote in prorok70,
michael101063
michael101063
prorok70

Categories:

Санкт-Петербург прошлого глазами Ф.Вигеля. часть 1.


"Кусочки"  знаний о нашем подлинном прошлом нужно искать  не в учебниках официальной истории,  а в свидельствах и воспоминаниях людей прошлых эпох, а также картинах и гравюрах прошлых эпох.  Да, многие издания прошлых эпох тоже проходили цензуру, но это не значит, что кое-где фальсификаторы не могли пропустить интересующую нас информацию или просто намеки, призванные обойти  цензуру.  При этом в каждом более позднем издании шансов на исправление подобных "косяков" у фальсификаторов было все больше.

Вот почему, я решил изучить многотомные  "Воспоминания" Ф.Вигеля по его первому изданию 1865 года, которое обнаружил в сети.  Напомню,  что  этот человек прожил две трети своей жизни в Санкт-Петербурге, который впервые посетил в 1800 году.  Он был лично знаком с А.Пушкиным, А.Бетанкуром, О.Монферраном, а также многими другими известными людьми той эпохи, а также принимал участие в работе градостроительной комиссии  Санкт-Петербурга.  Потому его свидетельства о подлинной истории  города на Неве являются весьма ценными.  Хотя при этом не нужно забывать, что многотомник  его "Воспоминаний"  был издан уже почти через 10 лет после его смерти  и, конечно же, прошел необходимую цензуру, а следовательно и определенные "корректировки" исторических событий.  Но в 1860-е годы второй этап тотальной фальсификации истории только начинался и именно этот факт дает нам шанс обнаружить в этом издании  некоторые интересные сведения.  Что мы и попробуем сделать.

Вот, как он описывал впервые увиденный им в 1800 году столичный город на Неве:  "Прежде, нежели я оставлю Петербург, молодой город,  который  тогда не праздновал еще первого своего юбилея, мне хочется вкратце описать его и дать понятие о тогдашнем его состоянии;  читатели не только простят мне сие, но может быть и поблагодарят  за то.  Все уверяют,  что будто после двадцатилетнего или даже десятилетнего отсутствия  никто не может узнать Петербурга;  сие могло быть справедливо при Екатерине;  но при ней сделано в нем все основое;  перемены же,  которые с тех пор последовали,  суть только прибавление к целому.  К несчастью она усвоила себе мысль Петра Великого,  развила ее и, так сказать, осуществила.

Все творения ее носят печать вечности, и город сей, который тридцати-пятилетними стараниями ее  возвысился и распространился;  город, которым щеголяет Россия,  забывая,  что кости сотен тысяч наших братий, погибших  при ископании сей бездны, служат ему основанием...;  без Екатерины он скоро потонул бы в болоте,  среди коего возник.  В моих глазах он как здание,  которое близь сорока лет тому назад  увидел я в первый раз со всем окончанием, но коего некоторые только части не были совсем отделаны и из коих многие потом изукрасились.  Главные примечательные строения тогда уже существовали и почти в таком же виде,  в каком находятся и поныне:  дворцы - Зимний, Аничковский, Мраморный, Таврический;  три академии;  Большой театр;  кадетские корпуса;  церкви - Спаса на Свиной и Николы Морского; стены Петропавловской крепости и берега Невы, Фонтанки и Екатерининского канала были уже выложены гранитом, решетка Летнего сада уже изумляла красотой, Михайловский, что ныне  Инженерный замок тогда достраивался.

Число и самая величина частных каменных домов в Петербурге, с умножением народонаселения, конечно, с тех пор утроились.  Последний год жизни Екатерины в нем жителей, говорят, было до полутораста тысяч;  при Павле число сие уменьшилось, с тем, чтобы при наследнике его опять быстро увеличиваться.  В Большой Коломне можно встретить теперь более экипажей и народу, чем тогда на Невском проспекте...

Одна только часть Петербурга была в 1800 году еще в совершенном запустении.  Невские острова были тогда острова необитаемые.  На Крестовском - ветхий дом, на Каменном - пустой невысокий дворец и маленькая церковь являли тогда только следы человечесткого присутствия.   Мосты еще не существовали, сообщения между островов не было; везде дичь, везде непроходимый лес и болото..."
(т.1. стр. 162-163)

Итак, внешне все выглядит, как бы в рамках официальной версии.  Очень полезная информация по поводу некоторых архитектурных объектов,  которые уже были построены к 1800 году. Хотя, как мне кажется, что перечень этот был "откорректирован" цензурой. И это будет понятно из анализа других фрагментов этого многотомника.  Ну а мы вернемся к этому фрагменту. Давайте для начала проверим качество работы цензуры фальсификаторов в отношении упомянутых архитектупных объектов.

Итак, согласно официальной версии, все указанные в тексте архитектурные объекты действительно были построены до 1800 года.  Я не нашел упорминае о "Церкви Спаса на Свиной".  Вероятно речь идет о Церкви Спаса на Сенной и тут тоже все бьется.  Правильно упомянут и Михайловский замок, строить который окончили  в 1801 году.  Но знаете,  что интересно? Почему-то Ф.Вигель, который, судя прочитанному мною первому тому его "Воспоминаний", описывает все весьма дотошно и подробно, ни словом не упомянул о строительсмтве т.н. "третьего Исакиевского собора", которое, согласно официальной версии, закончилось только в 1802 году.

А ведь судя по его описанию, он побывал не только в историческом центре Питера, но и на Невских островах.  Следовательно, он никак не мог не заметить почти построенный  "третий Исакиевский собор", который конечно же назван так совершенно неправильно.  А обнаруженные мною исторические источники 19-го столетия полностью подтверждают,  что первые две церкви  (а вовсе не соборы)  святого Исакия строились совершенно в других местах этого города, а потому то не имеют никакого отношения вообще к Исакиевскому собору.  Так вот, т.н. Исакиевский собор, явно был упомянут в первоначальной версии текста, написанного, как мы уже поняли, еще в 1840 году, т.е. до начала второго этапа тотальной фальсификации истории.   И, вероятнее всего,  описание Исакиевского собора как раз и было исключено цензурой, поскольку не соответствовало официальной версии.

Знаете, что больше всего интересно в этом тексте?  Это упоминание о об "ископании сей бездны"  а вовсе не строительстве города на Неве.   Ну разве болота "искапывают"?   Их обычно осушают и только потом проводят какие-то земляные работы.  Зачем же понадобилось это болото "искапыпать"?  Если верить официальной версии истории, то лже-Петр, который рисуется "прогрессивным царем", на самом деле был полным придурком.  Зачем нужно было строить не просто город, а целую столицу  на болоте?   Ну ведь были же Ниеншанц и Орешек, отбитые у шведов.  Да и как вы себе представляете, господа историки, такое "строительство" на болотах при отсутствии дорог?   Значит, все строительные материалы нужно было подвозить на кораблях по Неве или же из Кронштадта.

Но вот Ф.Вигель упоминает на Каменном острове "пустой невысокий дворец и маленькую церковь".   Обратите внимание  как он выглядел на картине Ж.Б. де ла Траверса 1786 года "Вид Каменного острова со стороны Невки".  Очень хорошо видно,  что  этот дворец имеет несколько этажей.  Да и это - далеко не единственное злание на этом острове, а вдали, к тому же виден какой-то мост.


Странно, что всего через 14 лет В.Вигель не заметил здесь ничего, кроме "невысокого дворца и одиной церкви". Запомним пока этот факт и обратим внимание  на суда, которые здесь плавают.  Это - бычные рыбацкие лодки и небольшие парусники.   Никаких крупных кораблей мы здесь не видим.   Вот и Ф.Вигель, описывает свое посещение Невских островов следующим образом: "Один раз брат меня возил туда кататься на шлюпке;  детали протоков, густая зелень сих островов, отражаемая зеркалом Невы, меня восхищали; самое глубокое молчание, которое вокруг нас царствовало, и было только прерываемо шумом наших весел, имело что-то величественное.  Изредка попадались нам ялики, нагруженные купеческой семьей и самоваром;  они приставали к влажным берегам и гулящие,  выбрав какое-нибудь маленькое возвышение, расползались на нем почаевничать".

Здесь мы также видим,  что  по Неве и в этих протоках плавали только шлюпки и ялики.  Ни о каких кораблях и тем более - морских  Ф.Вигль не упоминает.  И это притом, что вроде как никаких мостов с этими островами не было, хотя на дальнем плане картины мы мост  видим, хотя и не очень четно.  Но если не было мостов, то как мог быть построен такой дворец?  И если рабочих можно было завести на него с помощью лодок, шлюпок и яликов,  то как же завозили строительный камень и те же колонны для этого дворца?  Это - вполне естественные вопросы у человека, имеющего техническое образование.

А если мост, изображенный на рисунке  Траверса  в 1786 году еще был, то почему Ф.Вигель, утверждает, что "мосты еще не существовали"?  Но тот факт, что добирался он  до островов водным путем подтверждает, что моста туда не было или же, он плавал на другие острова, поскольку, Каменный остров вместе с дворцом являлся уже собственностью императорской семьи.  Но в любом случае, официальная версия утверждает,  что в 1797 году этот дворец начали готовить к пребывания в нем свергнутого с престола польского короля Станислова-Августа Понятовского и для этого к отделке интерьеров привлекли архитектора В.Бренна. А уже в 1801 году этот дворец становится одной из любимых резиденций вступившего на престол императора Александра I.   Так что в 1800 году никак не мог этот дворец быть "пустым", а сам остров - "находиться в запустении". Или же вся официальная версия  просто выдумана фальсификаторами уже в конце XIX века или же цензура слишком сильно "поработала" с первоначальным текстом книги.


А вот это уже картина русского художника С.Щедрина от 1803 года, т.е. нарисованная через 3 года, после посещения этих мест  Ф.Вигелем, т.е., когда этот дворец стал одной из любимых резиденций нового российского императора.  Конечно с этого ракурса никакого моста уже не видно, но вот все кораблики, изображенные на картине, тоже достаточно мелкие.  Так как же тогда строили этот дворец?  Обращамся снова к официальной версии.  Она утверждает, что в 1760 году на каменный остров был наведен плашкоутный мост на 11 судах по проекту архитектора А.Виста. В 1765 году его заменили новым наплавным мостом на 10 плашкоутах, а затем наплавной мост соединили с выдвинутыми в реку береговыми устоями на сваях. Мост в таком виде неоднократно ремонтировался в дереве.  Видимо, этот мост и изображен на  картине Траверса 1786 года.  Но куда же он исчез в 1800 году?

Официальная история об этом умалчивает, но утверждатся, что уже в 1811—1813 гг. по проекту инженера  А. Бетанкура на месте наплавного моста был сооружен первый в России семипролётный деревянный арочный мост на деревянных опорах и каменных устоях.  А может быть между 1800 и 1813 годами как раз и не было тут никакого моста?  Может быть его разрушило некое мощное наводнение или какое-то еще катастрофическое событие?  А намек на него и можно найти в книге В.Вигеля.


Как видим, по непонятной нам причине население Петербурга в эпоху правления Павла "значительно уменьшается".   И явно многоточие в тексте книги - это результат изъятия из нее фрагмента текста, не прошедшего  цензуру.  И вряд ли дело было только в самодурстве Павла. Вот это скорее всего и есть поздняя вставка фальсификаторов.  Почему, да потому что Павел занял антибританскую позицию и хотел изгнать из России  всех английских торговцев.  И, как известно, заговор с убийством императора был организован именно Британией.   А что произошло во второй половин XIX века,  после "нулевой мировой войны"  названной   в нашей истории "крымской"?  Да то же самое.  Россия  с этого самого момента всегда и во всех войнах была уже верной союзницей Британии.   Вот и за вторым этапом тотальной фальсификации истории стоял уже не Ватикан, а Лондонское Сити.  Потому то,  мы не знаем подлинной причины резкого уменьшения населения  Петербурга во время правления Павла.

Теперь давайте вернемся к тем корабликам. Конечно, можно сказать, что  именно эти северные рукава  Невы в ее устье  являются мелководными, а по основному руслу  могли заходить крупные корабли их Финского залива.  Но все современные жители Санкт-Петербурга прекрасно знают, что  глубина большей части Финского залива возле города не превышает 1,5 метров и именно поэтому и был прокопан т.н. "Путиловский канал" в период с 1877 по 1885 годы:

"В начале XIX века портовые мощности Санкт-Петербурга находились на берегах реки Невы. К причалам на Неве с моря вёл сложный, извилистый фарватер, вызывавший значительные затруднения для прохождения крупных судов. Осадка судна, способного пройти в Петербург при среднем уровне воды, не должна была превышать 2,4 м. Суда с большей осадкой могли проходить бары в устье Невы лишь на камелях. По этим причинам многие корабли разгружались в Кронштадте, а оттуда грузы перевозились на небольших судах в Петербург, тем самым сильно увеличивая транспортные расходы. Так, по данным морского министерства за 1830 год, в Кронштадт пришло 759 судов с товарами, а в Петербург — только 323. В 1868 году из 768 тыс. т импортного груза в Петербург без перегрузки доставлено лишь 208 тыс."
(https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%BE%D1%80%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%BA%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB_(%D0%A1%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D1%82-%D0%9F%D0%B5%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B1%D1%83%D1%80%D0%B3))



Объясню, что такое "камели" для тех, кто не в курсе.  Это такие парные понтоны для уменьшения осадки корабля. чтобы можно было плыть по мелководью.  И вот даже с их использованием от Кронштадта до Санкт-Петербурга в первой половине 19-го столетия проходило менее половины морских судов, прибывших в Кронштадт.  И до 1885 года эта проблема никуда не исчезала.  Вот, кстати, как выглядит корабль на камелях.


Конечно, в той же Голландии их использовали еще с XVI века. И в России они тоже применялись при Романовых, но не для плавания, а для проводки построенных  морских судов в Воронеже в Азовское море,  а построенных на Ладоге, Свири и в Санкт-Петербурге -  в Балтийское море.
(https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%B0%D0%BC%D0%B5%D0%BB%D0%B8)
Но нужно понимать,  что при проводке таких кораблей, их по возможности максимально облегчали.  А вот загруженные оружием и боеприпасами или торговыми товарами могли по Финскому заливу проходить только небольшие корабли даже с использованием  этих камелей.
Ну и как вы сами теперь понимаете,  даже на специальных баржах не мог О.Монферран перевозить  такой груз как гранитная Александровская колонна, да и колонны для Исакиевского собора  из Карельских карьеров в Санкт-Петербург.   Ибо этот маршрут  даже и после появления Путиловского канала в 1885 году лежит вдоль другого берега Финского залива.


К чему я это все веду?  Да к логическому осмыслению строить не просто столицу, но и морской порт  в таком заболоченном месте.   Мало того, что в такой порт могут заходить только небольшие торговые корабли (что крайне нерентабельно), так еще и возникают огромные трудности со строительством самого города.  Ведь нужно было не только осушить болота, но и завести строительные материалы, а те же гранитные блоки для набережных  весят немало.  Дорог через болота не было, а серьезные суда с повышенной грузоподъемностью  зайти в устье Невы  по Финскому заливу никак не могли.  Движение крупных судов по руслам рек тоже таит в себе множество опасностей и трудностей.  Но лже-Птр упорно цепляется за это "гнилое" и заболоченное место.  У него, что, совсем нет мозгов?  Именно такой вывод можно сделать, читая учебники нашей истории.

Но думаю. что резон цепляться за это место у него был.  Потому что не строил он этот город, а восстанавливал то, что можно было восстановить после глобального потопа, уничтожившего античную цивилизацию. Ну а остатки тех античных зданий, которые восстановить уже не представлялось возможным,  разбирали и использовали их элементы уже при новом строительстве.  Это все логично объясняет, почему лже-Петр  не испытывал трудностей со строительным материалом, несмотря на отсутствие дорог и невозможности доставки крупных каменных блоков  на кораблях.


Обращаю ваше внимание на тот факт, что все кирпичные этажи построены уже на полузакопанных этажах из природного камня. Вот этот самый кирпич и есть "новодел" постронный  при Романовых,  а каменные нижние этажи и фундаменты -  остатки допотопных античных строений. Ну а на множество разбросанных каменных блоков все уже и так обратили свое внимание. И хотя фрагменты картин, которые я здесь привожу датируются началом и концом 19-го столетия, но они наглядно показывают разницу применяемых материалов нижнего и верхнего уровня зданий.




Так что вполне понятно,  почему Ф.Вигель написал не о строительстве Питера "на костях", а об "ископании сей бездны".   Естественно,  что когда сошла "большая вода" Потопа, державшаяся, как минимум, несколько десятилетий,  то  на месте античного мегаполиса оказалось болото с уцелевшими отдельными античными зданиями, а вернее - их верхними этажами.


Здесь же были перемешаны с остатками разрушенных зданий и останки  бывших жителей античного города.  Вот почему, среди участников этого "ископания"  была большая смертность от болезней.  Но "городом на костях" Питер называют как раз из-за большого количества погибших жителей античного мегаполиса. И, возможно, что именно их Ф.Вигель назвал в своей книге "сотнями тысяч наших братьев". Ведь такая запредельная цифра просто не могла быть среди меньшиковских "строителей города".  На самом деле это и есть примерная цифра погибших при катаклизме жителей античного мегаполиса. Напомню, что при Екатерине численность жителей города едва достигла полутора сотен тысяч, как это утверждат Ф.Вигель.

В качестве подтверждения этой версии  хочу привести два фрагмента различных карт - допотопной и после потопной.  На фрагменте первой карты конца 16 века, которая называется "Карта Новой Европы"  L.Hondio мы видим уровень мирового океана еще выше нынешнего.  Вот почему Нева представляет из себя широкий пролив, а такие города как Копорье, Ям, Иван-город и Нарва являются прибрежными портовыми городами.  Естественно, что при таком уровне воды, античный мегаполис, расположенный в устье Невы, еще оставался затопленным.  Это уже послепотопная карта, потому и показывает нам новые очертания Европы.



Теперь второй фрагмент -  уже с  допотопной "Карты мира" Фра Мауро 1459 года. На ней уже отмечены города на месте нынешнего Питера и шведского Ниеншанца, задолго до их официального основания.  А, следовательно,  это  - еще города погибшей в потоп античной цивилизации.  И  болота здесь образовались после того, как сошла вода этого потопа. Вот почему, лже-Петр  не строил город на Неве,  а откапывал и восстанавливал, имея при этот достаточно строительного материала от тех античных строений, отреставрировать которые уже не представляло возможным.

 И все это,  объясняет, почему  здесь "так строили"  с подземными этажами "на болотах".  Да, именно так и строили, но только задолго до лже-Петра во времена античной цивилизации "золотого века", потому что уровень мирового океана был тогда другим, да и никаких болот тут еще не было. Остался не отвеченным вопрос, какое же событие сильно сократило численность населения Санкт-Петербурга во время правления Павла.  Но, думаю, что совместными усилиями независимых исследователей мы сможем со временем разгадать и эту загадку.


michael101063 ©
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments