Дополненный пост

Обещанный деятель цеха создателей истории, которому мы немало обязаны сегодняшними значениями слов Русь и русский народ, как нетрудно догадаться, этот.

Герард Фридрих МИЛЛЕР (1705 - 1783)
Российский историк, археограф, этнограф

В общественном мнении он остался как чужеземец, русофоб, кабинетный ученый, не знающий ни страну, ни историю, гонитель русского начала в науке и русских ученых в Академии, автор "норманской теории", отказывающий русскому народу в умении строить государство и управлять общественной жизнью. Прекрасный, замечательный имидж для создателя истории; подобный мы уже видели, например, у мексиканского археолога Батреса , восстановителя пирамиды Солнца в Теотиуакане, у Говарда Вайса, якобы "основателя взрывной археологии"... Сам же Г.Ф. Миллер и содействовал ему, не вступая в общественную полемику, спокойно отнесясь к своему изгнанию из профессоров в 1750 году.

Историческое образование, вопреки расхожему среди сетевой исторической общественности, у Г.Ф. Миллера было, причем значительно выше среднего. Он обучался в двух университетах, причем в первый, Ринтельнский, поступил в 16 лет, а во втором, Лейпцигском, обучался персонально у профессора истории. Помимо истории, специализировался в этнографии. Владел русским, французским, голландским, английским, шведским, датским, древнегреческим и другими языками.

Страну, в которой Г.Ф. Миллер состоялся как ученый, Россию, ее официоз, персон всевозможных областей и уровней, текущую жизнь, события, быт и нравы всех сословий, он, опять же вопреки расхожему мнению, он знал много лучше обычных ученых своего времени; в 1728-1730 гг он редактировал газету "Санкт-Петербургские ведомости" и первый российский научный журнал "Месячные исторические, генеалогические и географические примечания в "Ведомостях". Про его экспедиции в Сибирь, на Камчатку и Курилы и не говорим. Был, кстати, и в Барнауле, тогда - Демидовой деревне при сереброплавильном заводе, проехал до устья Чумыша... И в уважаемом возрасте нашел возможность заниматься периодикой: в 1755–1764 годах редактировал первый российский научно-популярный и литературный журнал "Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие"; в 1758–1762 годах издавался под названием "Сочинения и переводы к пользе и увеселению служащие", в 1763–1764 — под названием "Ежемесячные сочинения и известия о учёных делах". И почти всю активную жизнь, с 1732 по 1765 год издавал сборник "Sammlung Russischer Geschichte", первое в Отечестве издание, основательно знакомившее иностранцев со страной и ее историей.

Ниже перечислим годы выхода основных трудов. Просто чтобы показать, что никакого значения вся эта показуха, баталия с М.В. Ломоносовым вокруг Рюрика, исключение из профессоров, для научной деятельности не имела.

"Сибирская история" (1750 - Часть 1, 1764 - Часть 2);
"О первом летописателе Российском Преподобном Несторе, о его летописи, и о продолжателях оныя" (1755);
"О начале и происхождении казаков" (1760);
"Описание морских путешествий по Ледовитому и по Восточному морю, с Российской стороны учиненных" (1758);
"Краткое описание о начале Новагорода и о происхождении Российского народа, о Новгородских князьях" (1761);
"Опыт новейшей истории России" (1761);

Просматривается интересный момент: в 60-е годы, в возрасте, когда ученые сидят за программными трудами, научная активность, как и публицистическая деятельность, сходит на нет. За все 70-е годы ученый публикует две работы, которые и научными можно назвать условно: "Географический лексикон Российского государства" (совместно с Ф.А. Полуниным, 1773) и "История Императорской Академии наук в Санкт-Петербурге" (1775 год, в связи с 50-летним юбилеем).

Вводился сегодняшний канон с Русью, русским народом, Рюриком, крещением, напомню, залпом, который конечно же требовал многих лет подготовки. В 1767 году вышел первый из списков ПВЛ, в 1768-1769 - первый том В.Н. Татищева со всеми новациями, в 1770 - показанный выше труд а.Я. Хилкова, в 1773 - второй том фундаментального труда В.Н. Татищева, в 1774 - третий.

Идея присвоить стране краткое, красивое историческое название Русь настолько прекрасна, просто великолепна, что никакому Миллеру придти не могла; это вдохновенное решение цеха создателей истории, какого-специализирующегося на подобной красоте креативщика конца первой половины XVIII века. К производному русский органично пристегивается множество важных терминов -слов - народ, государство, традиция, земля, культура… история из них делается легко и гладко, как из кубиков лего. Людям после введения название и парадигма производных зашли легко и стали любимы, людей искусства вдохновляют и сейчас. А помимо прочего парадигма дала возможность естественно и непринужденно удлинить историю аж до IX века. Попробуйте произвести эту парадигму от той России, какой до Московии называлась обширная территория к востоку от Руси западной, или от Московии - получится абсурд и нелепость.

Г.Ф. Миллер не задумывал смену названия страны и народа, но был важнейшим исполнителем этого мероприятия.

В 1749 году ему дали озвучить маленький фрагмент будущей ПВЛ с Рюриком и тем ввести в исторический канон этого персонажа. Сама ПВЛ, ее самая ранняя из опубликованных Радзивиловская редакция, не была готова; про ее остальное содержание, включая новации Русь и русский народ, ни Г.Ф. Миллер, ни другие ученые вплоть до публикации 1767 года не написали ни слова. Г.Ф. Миллер наверняка участвовал в ее создании. Разумеется, сам не писал, этим должен был заниматься человек, знающий церковнославянский язык, его текущую и архаичную версии, как свой, а в качестве консультанта по стилистике, Нестору, летописям вообще и Киево-Печерским в частности. Он был специалистом по Нестору, летописям, имел огромную библиотеку старых книг и уникальную коллекцию рукописей.

Ну а главным вкладом в историю конечно же стал фундаментальный труд «История Российская», приписанный умершему за 18 лет до выхода первого тома астраханскому губернатору Е.Н. Татищеву, где Г.Ф. Миллер указан редактором, в коем автор упоминает ПВЛ, оперирует всеми ее новациями и вообще излагает историческую матрицу, которая сегодня является каноном. У труда отсутствуют рукописи, черновики, наработки, схемы, наброски; есть только несколько листочков, которые даже не сотая часть процента того контента, который должен был сопровождать такой труд. И вообще со всех сторон невероятно, что номинальный автор, который был также и тайным советником РИ, и встречался с учеными и влиятельными лицами всех рангов, за десятилетия до всех заполучил уникальный летописный документ, написал втайне от всех грандиозный исторический труд, первый всеохватывающий научный труд в России, никому ничего не сообщил ни о ПВЛ, ни о своем труде, не показал ни главы никакому ученому или ведомству, не попытался напечатать хотя бы малый отрывок ни у себя в Астрахани, ни где-либо вообще, не отправил никаким ученым и ведомствам ни главы, ни части на ознакомление… Создание первых трех томов и, видимо, большей части четвертого и стало для Г.Ф. Миллера тем «программным трудом», ради которого он в середине 60-х годов прекратил научную и публицистическую активность. Четвертый том, где Г.Ф. Миллер также указан как ктор, вышел значительно позже других, через год после смерти ученного. Но он еще раньше отошел от дел в силу преклонного возраста; За год до смерти Екатерина II выкупила из казенных средств его библиотеку и коллекцию за колоссальную по тем временам сумму в 200 000 рублей. Как видно, в знак признательности за огромные заслуги, , хотя после второй части «Истории Сибири» ученый ничего стоящего не издавал. Книги были переданы для нужд Академии, рукописные документы переданы в архив Коллегии иностранных дел.

С императрицей, между прочим, Г.Ф. Миллер был знаком со времени, когда она была Софией Августой Фредерикой, юной принцессой Ангальт-Цербстской, прибывшей в Россию для венчания с наследником престола, и правил Манифест о вступлении ее на престол через восемнадцать лет. Очень непростой птицей был Герард Фридрих , хоть и сделали из него в истории невесть что.

В 1766 году фактически, а с 1773 года официальным порядком Г.Ф. Миллеру, который продолжал быть профессором Академии наук, было доверено руководство Московским архивом Коллегии иностранных дел - в то время главным собранием древних грамот и старых рукописей, летописей, юридических актом. Он воспитал учеников, первое поколение российских историков-архивистов, совместно с которыми к 1777 году привел архив в полный порядок, все описал и каталогизировал, а ученики в свою очередь внесли вклад в развитие архивного дела и историческую науку. Среди них ННиколаевич иколай Бантыш-Каменский - подготовил историческое описание времени соцарствования и формы титула царевны Софии Алексеевны, описал и привел в порядок Новгородскую и Великих Князей грамоты, по поручению Г.Ф. Миллера подготовил для Екатерины II историческую выписку всех дел между Российской и Турецкой империями в период 1512-1700 гг... Мартьян Никифорович Соколовский был назначен главой Московского архива (МАКИД) предсмертной волей Г.Ф. Миллера и именным указом Екатерины II 1783 года, был бессменным управляющим по 1800 год, сам вел ежедневный журнал с ценными историческими сведениями о Москве, Г.Ф. Миллере и современниках, кавалер ордена Св.Владимира. Александр Фёдорович Малиновский (ну сплошь немцы какие-то!)) - привет левашовцам, новохронологистам и прочим) - ученый, историк, археограф, организатор первых в России археографических экпедиций, первый переводчик "Слова о полку Игореве", автор работ о Москве, Оружейной палате, русском театре, русской дипломатии и т.д., учредитель Общества истории и древностей Российских, с 1814 года до кончины в преклонном возрасте в 1840 году управляющий МАКИД, содействовал архивным изысканиям А.С. Пушкина.

Как видим, Г.Ф. Миллеру были обеспечены идеальные условия для создания "Истории Российской", предоставлен в распоряжение архив, лучший в государстве Российском, даны квалифицированные помощники, а во избежание разных помех и передряг императрица лично присматривала за работой.

Почему-то совсем не удивляет информация о том, что В.Н. Татищев работал именно в этом архиве, изучал документы, которые затем легли в основу труда "История Российская".

*

Знал ли М.В. Ломоносов о готовящемся обновлении исторической матрицы, т.е. смене названия страны и народа? Для меня этот вопрос открыт. Свой программный труд он завершил и вычитывал набор в типографии еще и в последний год своей жизни, хотя книга увидела свет только в следующем, 1766 году, и в этом программном труде слово Русь применяется в исконном значении, как территория Литвы-Жмуди-Подляхии, а народ в Отечестве исключительно российский. Чему есть два объяснения. Знал о скором обновлении, но не был от него в восторге. Не знал.

Склоняюсь к первому. Вот почему. М.В. Ломоносов упомянул половцев. Тех самых, с которыми связан сюжет будущего великого памятника «Слова о полку Игореве», по вопросу подлинности которого даже и в академической исторической науке нет единства, а половцы, считается, впервые были упомянуты в той же ПВЛ и с ней попали в историографию. И это с большой вероятностью означает, что М.В. Ломоносов таки-знал о готовящейся публикации 1767 года, видел подлог с названиями, но остался верен историческим фактам и своим научным воззрениям.

[Замечание для сетевых историков, у которых отсутствует головной мозг]Все сказанное вовсе не означает,, что что нам надо отказываться от названий. Все в силе. Просто этим названиям два с половиной века, а не столько, сколько считали вы.

Продолжение темы: 1 2 3 4

*

Некоторого пояснения требует вопрос о приоритете ПВЛ в описании крещенияРуси. Первый сколь-либо внятный свод сведений об этом событии привел в первой российской научной исторической книге "Синопсис" (1674), изданной в Киево-Печерской лавре, Иннокентий Гизель (ок.1600-1683), ученый, богослов, православный и политический деятель Речи Посполитой и Российского государства. По Его мнению, крещение проводилось трижды: апостолом Андреем, патриархом Фотием, крестившем русов, и княгиней Ольгой. В программном труде М.В. Ломоносова уже появился Владимир, хотя чернецы Ольги тоже участвовали, но крещение было еще очень сильно неканоническим. Владимир крестился и покрестил дружину, затем население Киева и Новгорода; крещение сопровождалось принуждением и насилием, подавлением сопротивляющихся; крестившийсякнязь допустил бардак, и все дороги в государстве заняли разбойники... Нынешняяканоническая версия, украшенная прославленной фразой "Веселие Руси есть пити, не можем без того быти", зашедшей всем поколениям алкоголизированных граждан, действительно появилась только в ПВЛ.

*

И еще одна заслуга или не заслуга Г.Ф. Миллера, но деятельность, бесспорно, выдающаяся требует отдельного разговора. Итогом участия Г.Ф. Миллера во Второй Камчатской (она же Великая Сибирская) экспедиции 1733-1743 годов стало, помимо уникальных этнографических материалов, словарей языков сибирских народов, археологических находок и т.д., сохранение огромного количества исторических документов. скопированных в архивах городов, ведомственных центров, в частном архиве Строгановых. По информации Большой Советской Энциклопедии, ученый сделал порядка 8 тысяч копийдокументов, подлинники которых были утрачены, в основном по причине пожаров, и только копии Г.Ф. Миллера позволили установить исторические факты.

Во многих источниках названы города, где Г.Ф. Миллер изучал архивы и копировал документы: в Березове (это в Югории, нынешний Ханты-Мансийский округ) Тобольске, Таре, Томске,Енисейске, Якутске , Нерчинске, Илимске и др. Вместе с тем нигде нет сведений, что ученого заинтересовали архивы Семипалатинска, Демидовского завода и поселения — будущего Барнаула, Иркутка, Читы других городов юга Сибири и Дальнего Востока, где он побывал. Исключения составили только архивы Кузнецка — 33 документа и Селенгинска — 22 документа, что по сравнению с архивом Якутска — 715 документовпросто мимолетный взгляд на бегу. Постоянные читатели журнала уже поняли, что архивная деятельность Герарда Фридриха была очень избиратеной. Да и как тут не понять, если сперва ученый делает копии, потом архивы горят... В общем, все говорит о том, что ученый не просто так переписывал был лицом масштабного мероприятия с архивами и соответственно исторической матрицей, на огромной, но все же ограниченной территории, далеко выходящего и за рамки территории, и за рамки времени экспедиции.

Нетрудно дгадаться, какого и на какой территории.

Еще раз рассмотрите территорию Новгородского государства на глобусе немецкого географа, историка, дипломата Адама Олеария, трижды побывавшего в Москве в 1630-х годах (и добиравшегося до нее через Новгород), и вспомните обстоятельства его появления
.

Ясно видно, что новгородское освоение Сибири, в отличие от будущего российского, шло через море, по руслам великих сибирских рек. До верховьев, т.е. до южной Сибири, как и до Байкала, новгородцы на момент свидетельства Олеария не дошли. Но и в освоенной зоне к концу первой трети XVII века было немало острогов, поселений, даже немножко городов, которые, разумеется,имели новгородскоепроисхождение. Что естественным образом отразилось и в архивах.

В новой исторической матрице — сегодняшнем историческом каноне, в создании коего деятельное участие принимал Г.Ф. Миллер, самостоятельная новгородская история начиная с якобы завоевания Новгорода Иваном III в 1478 году подлежала изъятию. Соответственно следовало изъять и передать уж как получится Москве и России и освоение Сибири. Это изъятие с передачей и было задачей масштабного архивного мероприятия, пицом которого стал Г.Ф. Миллер.

Технически задача сводилась к тому, чтобы убратьиз переписанных документов (или написанных — кто и когда их проверял?) упоминания новгородских воевод, деловых людей, сыгравших важную роль в начальный период существования городов, острогов, поселений, само название города, по возможности заменить ихмосковскими-российскими, желательно реальными, где-то отметившимися Поморов решили оставить, рассудив, что раз в новой исторической матрице они подданные Москвы, то и пусть открывают Сибирь во славу России и Москвы. В посте о подлоге новгородкой истории перечислено множество сведений о новгородском освоении и присутствии в Сибири задолго до российского, но имен почти нет, на совесть поработала команда ГФ. Миллера. Известны воеводы, исследовавшие Обь от верховья до океана, ставившие остроги в Югории, но это до"завоевания Иваном iii", потому и оставлены, а после есть только анонимные поморы, заходившие в реки, устраивавшие остроги и зимовья, промышлявшие пушниной.

Разумеется, создание надлежащих "копий документов" велось не в экспедиции. Это кропотливая кабинетная работа на годы, желательно с помощником-двумя. Следовало не только аккуратно подобрать события и персоналии, согласованные с другими документами, но и,пользуясь образцами, привезенными Г.Ф. Миллером, определить стилистику, особенности написания и грамматики каждого документа — все это менялось от века к веку, почистить текст от новгородизмов западнославянского в основе своей новгородского диалекта. ..

Первую партию "сохраненных для истории" документовГ.Ф. Миллер сумел опубликовать только через 7 лет после экспедиции, в 1750 году, с первой частью "Истории Сибири", на них основанной. Вторую партию- через 21 год, совторой частью "Истории Сибири". Добросовестная, грамотная работа над созданием копий — дело не бысрое. Полностью"сохраненные документы", так называемые "портфели Миллера", не опубликованы и по сей день.

Сколько всего документов в "портфелях" не знает никто. Сам Г.Ф. Миллер, величайший архивист своего времени, не сделал ни плохонькой описи, ни свода — а как сделаешь, если документы в работе? Прикидок, оценок Г.Ф. Миллер никогда не давал, назвал только число копий, сделанных в архивах нескольких городов — приводились выше. Откуда взялось в БСЭ число 8 000 — тайна БСЭ. Число абсолютно не реальное ни при каких раскладах. Ещё в сети ходит число 10.000, взятое оттуда же, с потолка.
Не может экспедиция, которая большую часть времени провела в дорогах, большую часть маршрутов — в местности, гденикаких архивов не было на сотни верст окрест, сидеть и месяцами ждать, когда ученый перекопирует то, что ему нужно. Г.Ф. Миллер никогда не говорил об "архивном" итоге экспедиции, потому что для него копирование документов, не в тех, конечно, объемах, что называются сейчас, было тем, чем являлось на самом деле — прекрасным прикрытием для реальной задачи. Правда, только на беглый, поверхностный взгляд. Оно рассыпается при взгляде из последующих лет. Но это уже проблемы последующих историков.

Но откуда бы они ни брались, это не умаляет заслуг ученого в проекте наделения Москвы и России почти двумя веками освоения Сибирм.

*

Наслаждаемся прекрасным отрывком из фильма, уже немножко меньше удивляясь тому, как все бывает вывернуто наизнанку в историческом каноне. Ума и здоровья.

Другие материалы по созданию истории

[Приходится ставить]Кто считает, что эта работа заслуживает какой-то оплаты - буду признателен. Карта Сбербанка 2202 2062 8536 7715. ЮMoney 410013946572302..

Follow us:

Applications

COMPANY

PRODUCTS

COMMUNITY

CHOOSE LANGUAGE